суббота, 31 января 2015 г.

answer to job

О Левиафане 
[посмотрел]

[несколько мыслей]

1. Толку в таких фильмах либо очень мало, либо ноль. Мрази, так хорошо в фильме спортретированные (что совсем не трудно) от этого фильма совершенно никуда не исчезнут. Как они не исчезли от Гоголя, Достоевского, Булгакова, Тарковского и тысяч таких же. Весь этот фильм и вся эта русская традиция - это совершенно неправильный вектор размышлений. Он позволяет избегать действительно сложных вопросов, действительно мощных вызовов самому себе, напяливая величественную (и комфортную) маску страдальца.

2. Я убежден, что любое великое кинопроизведение не может обойтись без хоть небольшого градуса иронии, а самое лучшее - самоиронии. Если самоирония есть - значит во главе кинопроцесса стоит личность сформировавшаяся, осознающая, что человек сам является кузнецом, землевладельцем и мэром. You make your own heaven and hell. Во главе Левиафана стоит очередная инфантильная руссо-душа винящая во всех бедах чувака на портрете. Чуваки на портретах, конечно, те еще Бегемоты, но они с Марса не прилетают - ими становятся точно такие же Николаи.

3. Когда гл. героиня впервые появилась на экране, я сразу же подумал, что даже если она до конца фильма будет при гл. герое - она стопудово будет символичным источником всех бед. Как оказалось, Звягинцев сделал мизогинический мотив магистральным для фильма. Подозреваю, что не все это просекли. Левиафан - это чудовище женского полу. Его друг Бегемот - тот мужчина. Но Бегемот для России не очень актуален. Здесь Звягинцев хорошо подметил. Наша проблема - Левиафан.

4. Мрачняк этого фильма и мрачняк иных фестивальных фильмов последних 15 лет объясняется вот чем. Мир (западный, а за ним естественно и Россия) занят с начала 90х усиленным зашиванием собственной задницы. Никого (из профессиональных обижающихся) не обидь, ничего лишнего не скажи, будь сурово озабочен чужими (ни в коем случае не своими!) проблемами и усиленно порицай удобно порицаемое зло. В ситуации когда задница зашита продукты выделения начинают искать другие места для выхода. Рот. Нос. Уши. Поэтому все современные "серьезные" фильмы такие мрачные. Даже по цветам. Чтобы сказать что-то важное, хмурить брови, считаю, не только не обязательно, но даже абсолютно неуместно. Везде, где автор претендует на глубины высказывания с нахмуренными бровями - 100% присутствует самообман. Зашитая задница.

5. Это не искусство, это публицистика. Аналог правдорежущей статьи в Огоньке или Комсомолке 80х. Киноискусство в смысле работы с киноязыком, исследование реальности посредством кинематографа сейчас почти мертво. Потому что реальность сейчас никому не интересна. Есть до хрена разных экранчиков, которые гораздо интересней реальности. В такой ситуации кино может быть компьютерным аттракционом, шокирующей публицистикой, мимолетным анекдотом или карикатурой - но не искусством. Левиафан - не искусство. Это заснятая газетная статья. Кинопоэзии нет. Просто съемки видов - это не кинопоэзия. Даже на этом материале развернуться можно было ох как - но...

6. Короче, это очередная Пыль с очередным Островом. Поездят по фестивалям, пособирают наград. Похмурят брови.

Если хотите конструктивно понесоглашаться -
iwasateenagewerewolf@yandex.ru
[приветствую]